. Женщины в черном опускали черные чадры на лица, когда встречали. Жмых хлопкового семени представляет собой зелено-рыжую массу. Но дело в том, что деревяшки мы обязаны привозить из загранрейсов домой и сдавать в родных портах под расписку. Вокруг головы шофера болтаются золотые рыбки, попугаи и куклы.
Еще легче они просачиваются в легкие грузчиков сквозь рваные тряпки куфьи.
Я заметил, что у старых моряков климатические пояса превращаются в сплошную кашу. Над морем появились первые звезды. Кабина, у которой чаще всего нет дверец, обклеена вырезками из журналов, переводными картинками. Особенно веселое знакомство бывает, если на шакалий труп наедешь. Вследствие небрежной работы грузчиков значительная часть грузов портилась стропами и ударами о борта. Они помотали головами, руки их неуловимым движением скользнули в глубины одежды.
Из магазинчиков и сточных канав несло сложными запахами. У меня, старого разгильдяя, кроме формы, за всю жизнь еще ни разу не было настоящего костюма. Бродяга редко знает, где будет ночевать завтра. Среди темных и тонких арабских детских ликов попадались и светлые, круглые, совсем рязанские рожицы. Дистанция стрельбы три-четыре метра при размере мишени в гусиное яйцо.
В полутемном дальнем углу тира засверкала пляшущая струйка алмазной воды.
Ничто меня так не бесит, как эта неравномерность.
(mh=hWW9PLuYNHnMfZvy).jpg)
Но и потому, что слишком скупятся на слова и не тратят их на прошлое тех мест, которые описывают.
Возможно, так происходит только на наших судах, где возникает вокруг пострадавшего заботливая суматоха, где йод и бинт появляются в неограниченных количествах и пострадавший в некотором роде начинает ощущать себя центром вселенной, чувствует к себе самому вдруг почтение и уважение, которого в обычной обстановке испытывает мало. Догонять эти привидения, бежать за ними с апельсинами и бутылками в руках было так же невозможно, как играть в футбол, держа в зубах бутылки «москолы». Потом грузчики яростно пинают мешки босыми ногами в бока.
Самый маленький грузовичок испускает столько звяканья, рева, звона и скрежета, что вполне поспорит со средним европейским портом.
Лючины на трюмах раздвигают, образуя щели, зияющие под тобой двенадцатиметровой пропастью. От наплыва мужской дружбы старик включил фонтанчик. Он может рыкнуть на обидчика наших морских интересов без всяких протокольных изысков. Несколько циновок и голые стены. И очень часто они действительно отменные, остроумные рассказчики, но только на внутрисудовом, житейском материале.
Меня уже здесь каждый шакал знает.
Два араба-швартовщика в хилой лодчонке завозили на берег шесть кормовых швартовых.
(mh=kYYw4Ft1ptXVs1-H)13.jpg)
В центре его был круглый фонтан, полный воды, но сам фонтан не бил. И еще мне нравилась его манера говорить. Его в мореходке преподавать. Пыль и насекомые легко просачиваются сквозь наглухо задраенные иллюминаторы и двери во все судовые помещения. Они стали у порога и низко поклонились. Мне следовало требовать от стивидора хорошей штивки, требовать посылки людей в трюм, в пространство, заполненное зелено-ржавой, вонючей, живой пылью. Только они не врали, как итальянские детишки, что это для пап, они совали пальцы в собственные рты.
(mh=gO07mQl4PqnWQ3pg)7.jpg)
Все было обычным, все текло так, как текло здесь тысячи лет. На судне я долго и с удовольствием стирал белье в умывальнике, слушая концерт по заявкам.
Мелькнули горы стального листа, штабеля мешков цемента, охранники у ворот порта на фоне военных плакатов, узкие улочки города, и «опель» оказался на набережной. Он как бы буркал, произносил слова быстро и разрывал фразу точками на самые неожиданные куски. Но работать там без респиратора не смог бы, вероятно, и жук хрущак членистоногий, который выводит в шроте детей. Среди густой зелени паслись белые овцы, волосатые, как сарды, с длиннющими ушами. Вечерние тени уже скользили среди тишины чужой веры, надежды и любви.
А нет такого стального швартова, на котором совсем не было бы заусениц. Агенту были вручены по этому поводу соответствующие письма, которые в копиях тоже прилагаются». В гавани было так набито судов, что берегов не разглядишь.
Она крохотной точкой дрожала в оптическом пеленгаторе. Мы травили, они сбрасывали с лодчонки трос голыми руками.